Поделиться:

Идеальная "магистраль" цивилизации

КРУГОВОРОТ ИДЕЙ.

«О, сколько нам открытий чудных дарует просвещенья дух»- писал Александр Сергеевич Пушкин. Однако, человечество живо не только научными открытиями, но и идеалами, которые, как известно, меняются.

А существуют ли фундаментальные законы смены идей?
Да, бесспорно. И поразительно, что до сих пор макро-социология с упорством отказывалась отыскать их, точнее его…

Самый главный, генеральный закон идеологической эволюции человечества, который почему-то долго в упор не хотели замечать, обнаруживается в результате изучения смены духовных и материальных приоритетов, исповедываемых обществом на разных стадиях развития цивилизации. О нем-то я и хочу поговорить.

Но для начала- небольшое необходимое введение, которое призвано расставить основные акценты. Идеи и идеалы, формирующиеся в коллективном уме человечества, не оторваны от природных реалий, частью и элементом которых является сам человек. Они во многом «крутятся» вокруг этих реалий и определяются степенью их восприятия. В свою очередь, реалии эти подразделяются по уровням, по степени усложнения.


С давних пор повелась такая классификация:


Живое выше неживого.
Разумное выше живого
Божественное (Абсолютное) выше Разумного, т.е. человеческого.


С этой схемой расположения уровней мироздания, с теми или иными оговорками и изъятиями, как я полагаю, согласятся многие, если не все.

alt
Каждый из уровней, перечисленных в незамысловатой, но величественной схеме, как ни странно, является предметом ключевого внимания, особого уважения и поклонения в разные периоды человеческой истории.
И что любопытно, алгоритм идеологических приоритетов homo sapiens меняется в полном согласии с последовательностью, отраженной в данной схеме. Точнее сказать, не просто меняется, а неоднократно проходит от начала и до конца через все ступени данной последовательности, сперва в одном, затем в другом направлении.
Первое из этих направлений, в рамках которого человечество двигалось начиная с палеолитических времен, заканчивая наступлением Новой эры, можно назвать условно восходящим, второе, в рамках которого оно продолжает неуклонно скользить много веков по сей день включительно – условно нисходящим.
Первый тренд есть одновременное движение духа и интеллекта к Абсолютному началу и может быть также назван ТРЕНДОМ ТРАНСЦЕНДЕНТАЦИИ. Второй, противоположный тренд основан на отдалении духа и интеллекта от Абсолютного начала, и заслуживает названия ТРЕНДА ДЕТРАНСЦЕНДЕНТАЦИИ.
Я счел важной и небезынтересной задачей показать в беглом обзоре как происходило это движение в течение тысячелетий в истории.

alt

ЭВОЛЮЦИЯ САКРАЛЬНОСТИ.

С чего начинается идеальная «магистраль» цивилизации? Первые проблески религиозного мышления и мистической практики теряются в доисторическом мраке палеолита. Современные ученые склоняются к тому, что они относятся к эпохе поздних неандертальцев (Homo sapiens neandertalis), у которых фиксируется появление похоронных обрядов и ритуальных наскальных изображений. Эти данные свидетельствуют по крайней мере о том, что в сознании неандертальцев присутствовали представления о потусторонней реальности и загробной жизни.
Хотя религиозное чувство априори подразумевает существование представляемого сакрального мира (области сверхъестественного), древнейшие первобытные верования отличались чрезвычайно простотой и незатейливостью.


1. Ныне считается, что древнейшими из всех религий были анимизм и фетишизм. Последний представлял собой поклонение неодушевленным материальным предметам (фетишам), которым приписывались необычайные, сверхъестественные свойства. Причем, в роли фетиша мог выступать любой предмет, по какой-либо причине поразивший буйное воображение homo sapiens: это могла быть и дубина, и кусочек дерева, и камень необычной формы. Считалось, что такие предметы обладают магической силой и поэтому особенно сильно ценились верующими в них людьми.


2. Несколько позднее пристальное внимание первобытного человека сконцентрировалось на представителях животного царства. Причина такого выделения хорошо понятна. В отличие от массы неподвижных неорганических предметов, животные двигаются, динамичны, могут свободно перемещаться в пространстве, бегать, нападать, и уже потому представляли значительно больший интерес для людей «каменного века». Развитая фантазия последних, наделявшая отдельных животных необыкновенными качествами, имеющими сакральный смысл и религиозное значение, послужила источником анималистических и тотемистических культов. Каждый род мог избирать своего тотема (олицетворяемого тем или иным животным или растением), который соответственно считался другом и магическим защитником данного рода.
Уже по сравнению с простым фетишизмом, анимализм представлял собой видимый шаг вперед, артикулируя выделение активных и энергичных представителей живого царства среди бесчисленного ряда предметов и явлений, встречающихся в природе.

Следующим шагом был переход собственно к политеизму (многобожию).
Постепенно на смену тотемистическим и зооморфическим культам, причудливо переплетаясь и перемешиваясь с ними, приходят антропоморфные религиозные культы. Сакральные субъекты (боги) теперь связывались все чаще не с животными и растениями, а с разумными существами, похожими на самого человека и даже обладающими (по мнению верующих) обликом последнего. Впоследствии среди мыслимых богов подобного типа стали выделяться главные, второстепенные, третьестепенные боги и духи. Так, уже в рамках языческого многобожия, у народов Древности возникают религиозные системы, содержащие иерархии божеств. В свою очередь, главные божества, все сильнее отдаляясь по силе и могуществу от второстепенных, превращающихся в своего рода подчиненных существ потустороннего мира, стремились к статусу единоличных владык Вселенной.

ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНЫЙ АПОФЕОЗ.

Может показаться парадоксальным и удивительным, что на протяжении очень долгого времени, люди осуществляли трансцендентальную сферу с существами низшего или равного им порядка. И тем не менее, это закономерно с точки зрения рассматриваемой последовательности. Мысль об абстрактном Абсолюте, как неведомой и непостижимой всеобъемлющей творческой Системе, превосходящей человека на неизмеримую колоссальную дистанцию и являющуюся единственной Первопричиной всего сущего, не могла явиться сразу, внезапно. Несовершенный ум homo sapiens мог придти к ней, лишь перепробовав и перебрав по порядку ряды наивных, более примитивных архаических представлений.

Понятие Абсолюта формируется лишь в монотеистических религиях, достигая наивысшей сложности в Христианском тринитаризме, сумевшем постичь великий закон совмещения множественного (троичного) и единичного. Схема, предлагаемая христианским тринитаризмом, замечательна также тем, что переступает границы формальной человеческой логики, показывая ее заведомую ограниченность и относительность самой математики.


Средние века по-праву считаются эпохой кульминации теологического мироощущения. Это нашло выражение в формуле теократического государства (наглядными образчиками чего можно считать институт папства и Священную Римская империю) и необычайно высокой роли Церкви в этот период. Практически все сферы человеческого существования –от политики и экономики, до культуры и семейной жизни, были так или иначе замкнуты на религию, сильно подвержены веяниям клерикализма и пронизаны духом религиозности. Что касается философии, то и она, как известно, мыслилась несамостоятельной и считалась «служанкой богословия». Доминирующая роль религии способствовала развитию в людях мистического мировоззрения, веры в чудеса и эсхатологических настроений.


Мы вкратце проследили вектор восходящего идеологического развития человечества, т.е. показали как его идеи развивались от самых наивных и примитивных природных форм (культ камней, тотемизм) идеальных представлений, связанных с верованием в простые предметы, к абстрактному понятию об Абсолюте- Высшей Суперсистеме, являющейся первопричиной всего сущего и управляющей мирозданием.

Теперь настал черед показать обратный вектор, на «рельсы» которого общество встало во втором тысячелетии Новой эры. «Оттолкнувшись» от высшего предельного принципа, оно начало соответствующее движение назад, с прохождением все тех же уровней, хотя и в качественно-новой интерпретации.


Возвращение эпицентра пристального внимания от Божественного начала к нижестоящему – человеческому нашло выражение, разумеется уже не в антропоморфном многобожии, а в рационализме Нового времени. В свою очередь, сменяющая последний парадигма биоцентризма, характерная уже для нашей Новейшей эпохи, предстает отдаленным, сильно исказившимся «эхом» животных культов первобытного периода.
Когда Общество прекращало усиленно прославлять Бога, оно принималось за прославление Разума (человеческого начала). Когда же оно отказывалось активно славить Разум, начиналась эпоха прославления животных инстинктов.
«Культ Разума», который, как известно, неабсолютен, приходит на смену «культу Абсолюта», «культ животного (зверя)» -на смену «культу Разума».


НАЧАЛО ДЕТРАНСЦЕНДЕНТАЦИИ.
«РАЗВЕНЧАНИЕ» САКРАЛЬНОСТИ.

Снижение авторитета церкви на Западе в 16-19 вв. привело к тому, что люди стали все больше интересоваться потенциалами самого человека, нежели трансцендентальными проблемами, которые особенно волновали философов и теологов Средневековья. Взоры просвещенных мыслителей постепенно обращаются с неба на землю, от сверхчеловеческого – к собственно человеческому, т.е. к более низкому, но и более близкому и понятному началу. Так формируется идеология гуманизма, получившая первый расцвет в век Ренессанса.

Впрочем, и философия Просвещения, и даже позитивистский рационализм 19 столетия во многом являются продолжением идей Возрождения. Многие из них были восприняты и унаследованы Великой Французской революцией. В центре этой новой ценностной парадигмы лежит почитание сил Разума, что с особенной отчетливостью проявилось даже в попытке установления специального культа в годы Великой Французской революции. Но если дух Средних веков в наибольшей степени благоприятствовал религии и религиозности, то дух Нового времени был особенно имманентен научному мышлению и научному подходу. Вот почему культ науки, уважение к интеллекту и познавательным способностям субъекта, являлись и являются одной из центральных идеологем рационализма. Она получила завершенное оформление в позитивистской философии 19 столетия, которая была сформулирована «основателем социологии» Огюстом Контом.


Наряду с познавательными потенциалами уважению подлежали и творческие возможности разумного существа, нацеленность на преобразование окружающей среды. Многие рационалисты, отношение которых к религии было весьма индифферентным, иногда- сдержанным, часто –неопределенным, либо попросту скептическим, искренне верили, что ресурсов Разума вполне достаточно как для совершенствования мира, так и для раскрытия всех его тайн и загадок. Их настоящей «религией» был материализм. Как и всякое крупное эпохальное течение, опирающееся на собственную систему ценностей, он имел и свою крайнюю, экстремистскую форму, коей являлся агрессивный воинствующий атеизм, пользовавшийся чрезвычайной популярностью у советских большевиков и коммунистов 20 века. Тем самым пролог следующей фазе был подготовлен.


«ФАЗА ЗВЕРЯ».

Отметая прямо или косвенно в своем мировоззрении духовные основания и выставляя на передний план вместо них основания материальные, рационалисты не преминули наткнуться на ограниченность самого Разума и относительность знания. Вместе с тем, глубокое познание психологии homo sapiens, проникновение в донные структуры психики и рефлексии, заставило признать, что в формировании личности принимают важное участие бессознательные и подсознательные процессы, наследуемые от низшего животного контура.
Общее направление мыслей в 20 веке отчасти являлось уже враждебным «культу Разума», или, по крайней мере, всерьез расходилось с ним. И если рационалистическая парадигма была, в сущности, антропоцентрической, то последующее смещение приоритетов было в пользу биоцентризма. Спуск к нему означал сведение человеческой сути, к еще более простым и грубым началам, нежели те, которые выставлялись на передний план умеренными гуманистами.
Настойчиво пропагандируется и «вбивается» в мозги мысль о том, что человек – это обыкновенное животное, живущее инстинктами и рефлексами, пусть и наделенное некоторыми экстраординарными способностями; что животный контур – основной ; что удовлетворение биологических инстинктов – основная задача и цель существования homo sapiens на Земле.
Все внимание акцентируется на теле, его базовых потребностях и запросах. Даже психология связывается с простейшими физиологическими импульсами, например, с половыми влечениями. Недаром поэтому самой популярным направлением в психологии ХХ столетия становится школа Психоанализа, основателем которой был знаменитый немец Зигмунд Фрейд.
Для современной культурной парадигмы Биоцентризма, пришедшей, как мы видели, на смену былой парадигме антропоцентрического Гуманизма, выдвигавшей на передний план человека разумного, мыслящего, думающего, творческого, а не «человека-животного», характерен «культ тела», который очень логично соотносится с «культом бессознательного». Ибо тело поддерживается главным образом рефлексами. Отчасти, именно по этой причине, среднестатистический цивилизованный человек нашего времени уделяет столь пристальное внимание проблеме здоровья, физической красоты, щепетильно заботится о внешнем облике, о поддержании стройности фигуры. Отсюда- и активная пропаганда спорта, атлетики, стремительное развитие «индустрии красоты».
На первом плане –сугубо внешнее. Не духовность и психология, а физиология, не интеллект – а биологическая энергичность, мускульная сила, привлекательность, сексуальность, не приоритеты познания, духовного и когнитивного развития- а приоритеты животного гедонизма, потребления, удовольствия, банального развлечения.
В этой связи пресловутая «сексуальная революция» 1960-70-х гг, с ее гедонистическими акцентами, культом распущенности и «свободной любви», закономерно вписывается в контекст тектонических ментальных сдвигов, постигших человечество на этапе разочарования в возможностях воли, сознания и интеллекта. Она является ярчайшим и знаковым феноменом приходящей идеологии биоцентризма, ставящей на место воли – инстинкт, на место сознания –подсознательное, а на место интеллекта –чувственное желание.


Динамика развития биоцентрического восприятия в массовом сознании населения находит опосредованное отражение даже в смещении количественного соотношения употребляемых (в повседневной речи, на страницах книг, журналов, газет) терминов- существительных, прилагательных, глаголов. Проведенный Контент-анализ обильного разноязычного литературного материала за прошлое столетие отчетливо показывает скорость вторжения биоцентрических приоритетов на примерах соотношения частоты употребляемых ключевых слов. В частности, в разговорах и в процессе коммуницирования, люди все реже стали вспоминать о душе, зато все чаще упоминают тело и собственное здоровье. Как показывает проведенное мной контент-исследование, со времен Первой Мировой войны по 2000-е гг. соотношение словосочетаний «my body/my soul» (мое тело/моя душа) в англоязычных печатных источниках смещается в 3-4 раза в пользу «my body». При этом соотношение упоминаемости «my helph / my soul» (мое здоровье/ моя душа) за указанный период смещается в пользу «my body» приблизительно в 2 раза. Таким образом, в общественной и культурной ментальности понятие здоровья абстрагируется, отмежевывается от душевного благополучия и высших нематериальных (сакральных) ценностей, интерес к которым значительно снижался в течение ХХ столетия.

alt

alt


Масштаб описываемых изменений трудно переоценить. Вместо ценностей «общества Разума», которые были преобладающими еще 100-70 лет тому назад, теперь культивируются ценности «общества Инстинкта». Главный символ этого общества есть зверь, некое обобщенное животное, подчиняющееся своим внутренним влечениям и бессознательным интенциям, действующее часто вслепую, бездумно, рефлексивно, но зато энергично и увлеченно. Оно беззаветно любит игры, довольно прожорливо, зациклено на вопросах биологического самосохранения, эгоцентрично, индивидуалистично, склонно к непосредственности, предано подростковому инфантилизму, не желает видеть перед собой никаких нравственно-этических преград и любит демонстрировать спокойное презрение к ним. Как и непоседливый ребенок, оно не терпит настоящей сложности, и напротив, почитает линейную примитивность, наряду с грубостью и лобовой однозначностью. И действительно, ползучая идеализация всего животного, до-человеческого, а также- близкого к нему дикого и варварского, в разных аспектах культурного творчества, начиная от произведений художественной литературы, заканчивая кинематографом и виртуальными играми, налицо. И мы вправду видим, как в эпоху постмодернизма на новом уровне массовой поп-культуры «воскресают» и все сильнее внедряются брутальные псевдо-анималистические культы, которые, конечно, имеют мало общество с искренними тотемистическими верованиями первобытных предков, но перекликаются с ними в одном существенном пункте, о котором было сказано выше.



ФИНАЛ ДЕТРАНСЦЕНДЕНТАЦИИ. «ИДЕОЛОГИЯ ТАБУРЕТКИ»

Иллюзии насчет того, куда и к чему ведут нити гедонистического служения разнузданным животным прихотям, быстро рассеиваются самим ходом жизни. Некоторые лидеры и адепты тектонических социальных молодежных движений 1960-х годов могли не отдавать себе отчета в том, что поднимаемая ими энергетическая «волна», в конечном счете, сработает на пользу ровно тем тенденциям, против которых они на первых порах формально выступали.

Следующий пункт духовной эволюции цивилизации также понятен и хорошо просматривается. Вспомним снова, что история религий открывается стадией фетишизма, когда предметами поклонения служили различные неодушевленные предметы. От первобытного фетишизма человечество оттолкнулось, как от элементарной базы, чтобы пройдя все ступени природных уровней в том и обратном порядке, вернуться к нему же на новом витке, завершив тем самым большой цикл духовной эволюции общества. Но в отличие от первобытных верований, которые имели сакральное значение, новый фетишизм связан с приоритетами «общества потребления». Итак, мы видим восстановление, в очередной раз, поклонения вещам, но теперь- в форме так называемой массовой идеологии «товарного фетишизма».
В погоне за новыми материальными благами , ассортимент которых быстро и непрестанно увеличивается, люди начинают поклоняться не только самим товарам, приспособлениям и гаджетам, как объектам искусно создаваемого экономического вожделения, но и технологиям, способным изменять к лучшему условия их существования, делать жизнь более комфортной, удобной, приятной. Важное значение также имеет ореол, окружающий конкретный товар или услугу: бренды, символы, название популярной торговой марки, ее иммидж и т.д. Пристальное внимание приковывается к инновациям, к любым новинкам, появляющимся на рынке.

В отличие от местных традиций и традиционных верований, вещизм не имеет границ, носит черты всепланетного универсального культа, к которому с огромной радостью и без особого труда приобщаются все страны, нации и цивилизации. Сегодня мы присутствуем при самом взлете его, но его апогей , несомненно, относится к будущему, вероятнее всего- самому ближайшему.
Идеология потребления активно стимулируется современным экономическим строем и потому, что стимуляция роста потребления призвана обеспечивать формат бескризисного наращивания объемов производства –залог социальной стабильности и благополучия современного общества, а также условие процветания господствующей элиты глобального транснационального капитала. Так что фактически торжествующая «новая религия» вещественных ценностей, приобретающая по-истине всемирный масштаб и универсальный характер, имеет опору в экономике, которая и становится определяющим фактором глобальной всечеловеческой идеологии.

ДУХОВНЫЙ РЕНЕССАНС.


Главный видимый итог нисходящего тренда, тренда детрансцендентации- касание того неодушевленного «дна», с которого некогда и начиналось долгое духовное развитие человечества. Последовательная смена ценностных ориентаций снова доходит до этого неорганического «дна», чтобы оттолкнуться от него опять и начать движение вверх, на этот раз с совершенно иным результатом.

alt

На первом восходящем витке (см. выше представленную схему) человечество только пыталось приблизиться к познанию Абсолюта, и преуспело в этом лишь частично, столкнувшись с многими кажущимися непреодолимыми трудностями и противоречиями; на втором – ему наконец-то суждено обрести подлинное постижение Абсолюта, положительно разрешив все проблемы познания и морали, веры и знания, которые не могли быть разрешены в прошлом цикле, в том числе- в связи с недостатком опыта, образования и просвещения, а также остальными неблагоприятными условиями.
В предыдущем цикле нехватка опыта и знаний о первичных принципах Вселенной заставили людей усомниться в верности пройденного пути, подвергнуть их скепсису и как следствие - совершить частичный откат назад от тех ключевых интеллектуальных и духовных достижений, которые были приобретены в рамках религиозной философии единобожия. Это повело к отступлению, сначала- к атеизму, а затем - и к подспудному агуманизму. В новом будущем цикле количество накопленного опыта окажется таковым , что по-видимому, уже не позволит совершить шага назад в главном вопросе.

В уходящем цикле на тренд трансцендентации человечество затратило десятки тысяч лет- около 40 000 лет, если считать срок, протекший от поздних неандертальцев и первых сакраментальных «проблесков» у последних, до первых монотеистических религий. Так долго оно шло к пониманию категории Абсолюта. Между тем, активное движение в обратном направлении продолжалось не более 5 веков, и, судя по текущей диспозиции культурных приоритетов, кажется близким к завершению. Сопоставление этих цифр, говорящих о «сжатии сроков», позволяет предположить, что будущий трансцендентальный «скачок» человечества может оказаться неимоверно стремительным, в связи с чем будет напоминать не столько духовную и идейную эволюцию, сколько внезапное (или почти внезапное) духовно-идейное преображение. Что же, однако, приведет к нему?
Скорее всего, сложение целой стопки факторов: экономических, политических, культурных, социальных, технологических, обще-антропосферных. Но в первую очередь, сложение духовных и интеллектуальных предпосылок, к числу главнейших из которых относится предстоящий синтез науки, философии и религии, и кристаллизация очага Сверхзнания в зоне их взаимного пересечения.

Легко предположить, что достижение указанной цели обойдется не без взятия трансгуманистического, транспсихического и т.п. барьеров, через которые неподготовленному человеку будет трудно и страшно переступать.

Вы не можете оставлять комментарии