Поделиться:

Куда не пошел Гегель?

Про знаменитую триаду «Тезис – Антитезис – Синтез» слышали многие.
Тем не менее, есть причины думать, что значение этой лаконичной схемы не до конца осмысленно до сих пор философами и учеными.
Было время, когда ее считали абсолютной вершиной мировой философской мысли, своего рода «философским Эверестом», даже ассоциировали с Божественным откровением, возлагали надежды на раскрытие с помощью нее едва ли не всех тайн мироздания. Затем наступила реакция, отмеченная полным пренебрежением и основательным недоверием к бессмысленной «игре слов», «пустой спекуляции», «эффектному диалектическому фокусу», как принято было говорить. Впрочем, не может не вводить в умиление то обстоятельство, что в процессе неприхотливого исторического развития научной мысли отношение к означенной схеме колебалось и изменялось в неукоснительном соответствии с логикой самой схемы. Сначала- восторженное принятие, затем – скептическое отторжение, и, наконец, переосмысление.


Теперь пришло время спросить: какой смысл в самом деле стоит за прославленной диалектической триадой, которая была сформулирована Георгом Гегелем около двух столетий назад?

Попутно проведя от этого вопроса стрелочку к другому, еще более интригующему: куда же НЕ ПОШЕЛ ГЕОРГ ГЕГЕЛЬ?

Ставя вопрос таким образом, я заведомо подразумеваю то, что некое великое и перспективное направление человеческой мысли действительно было открыто более 200 лет назад, но по нему по ряду причин не пошли, не продвинулись, не развили данное направление, и потому- не извлекли сразу из него тех грандиозных результатов, которые могли были быть извлечены в ином случае. Может быть, дело в том, что его значение тогда не узрели, не поняли?


Впрочем, нельзя же забывать, что развитие интеллектуальных способностей человеческой цивилизации тоже подчиняется законам естественной последовательности, и было бы чрезвычайно наивно требовать «перескока» стадий от эпохи, совершенно не готовой к подобным, исключительно нетривиальным «скачкам». И, с другой стороны, разве развитие самих диалектических знаний не подвержено алгоритмам диалектики, а значит – известной постепенности? Конечно, подвержено. Но и это еще не все.


Открытие диалектического метода составляет великое, знаменательное событие в истории интеллектуальной эволюции человечества, масштаб которого, как мне думается, и по сей день не оценен по достоинству наукой.
Однако, амбициозные заявления некоторых адептов и приверженцев гегелевского подхода о том, что диалектический метод является наивысшим, абсолютным пунктом в когнитивном прогрессе цивилизации, выглядят несколько поспешными и самоуверенными уже хотя бы потому, что диалектическая прогрессия не предусматривает остановки восхождения возможностей. И раз произнесено какое-то «Утверждение», то рано или поздно оно будет покрыто своим «Антитезисом». Следует ли из этого, что и у диалектического метода, каким бы могучим и эффективным он ни казался, должен найтись свой выше стоящий антипод, если не опровергающий, то дополняющий его? Несомненно. Назвать его все исчерпывающим методом мы не можем, потому как не способны применить его ко всему, не нуждаясь в других методах познания, как не имеем права и игнорировать его существование.


Но если развитие – это процесс аккумуляции качеств, проявляющийся в присоединении одних свойств к другим, то как раз особого внимания заслуживает проблема органического синтеза диалектического метода с другими известными на сегодняшний день методами познания, которые смогло изобрести и применить человечество.
И для начала неплохо было бы определиться с настоящим местом его в системе существующих эксплуатируемых Разумом познавательных средств.


В установившемся на настоящий день понимании Диалектика (от греческ. — искусство спора) являет собой учение о дуализме. Главный его инструмент – инструмент различия, противопоставления, контраста. Условное противопоставление одного другому используется для того, чтобы выявить и проанализировать спектр качественных отличий и сходств, отличающих и/или сближающих рассматриваемые элементы, факты, феномены бытия. Примечательно поэтому, что диалектический инструментарий сравнения мы практически всегда применяем при анализе качеств, тогда как при обращении с количествами в нашем распоряжении есть обширный хорошо разработанный аппарат математики.


Математика – есть учение о множествах. «Язык множества» -ее язык.


А теперь что получится, если мы органически соединим, или, выражаясь терминологией Гегеля, синтезируем воедино учение о дуализме - диалектику, с учением о множествах – математикой? Очевидно, что продуктом этого синтеза, должно стать возвращение к исходному принципу на новом уровне, то есть – к началу математики, ибо эта древнейшая наука появилась ранее остальных. Другим же «продуктом» его будет возникновение второго измерения диалектики. Если совместить все эти свойства и окинуть взглядом их как одно величественное целое, станет видно, что мы получили универсальное учение о единстве всего сущего, мета- науку об универсальной последовательности всех качественных отношений бытия - Математику Качеств.


В триаде ключевых математических категорий «Множество – Дуализм – Единство (монизм)», категория Единства является последней и заключающей, если последовательно двигаться, отталкиваясь от категории множества. И путь к ней лежит именно через синтез, слияние Множества с Дуализмом. Совмещая множественное с полярным, мы получаем единое. Совмещая математику с диалектикой, мы получаем «монолектику» -науку о едином, или, что то же самое- Математику Качеств.


Первый принцип, которому учит эта мета- наука гласит, что распределение качественных отношений бытия подвержено единой всеобщей универсальной последовательности. На эту последовательность мы должны наткнуться, какой бы ряд отношений ни взяли. Отталкиваясь от уже известных отношений или качественных комбинаций, можно предвидеть, предсказать и неизвестные методом качественной экстраполяции.

alt
В своей знаменитой триаде «Тезис – Антитезис- Синтез» Гегель указал лишь на три первые позиции на шкале Математики Качеств. На самом же деле, и за верхним порогом гегелевской триады, за позицией «Синтеза», мы можем артикулировать множество столь же универсальных позиций, расположив их в восходящем порядке, подобно числам арифметической шкале. Каждая из этих позиций может выражаться отдельным вполне конкретным понятием. Опираясь на длинный ряд таких звеньев, т.е. прибегая к аппарату качественной экстраполяции, у науки появляется весьма соблазнительная возможность с высокой точностью рассчитывать траектории и структуры множественных отношений бытия, открывать и исследовать новые неизвестные грани мироздания.


В сущности Математики Качеств приходится наблюдать существенное сближение и соприкосновение вербальных (языковых, понятийных) конструкций с принципами точных наук. Долгое время они были разведены и существовали как бы параллельно друг другу. Понятия употреблялись отдельно от чисел, числа- отдельно от понятий. Качество и количество мыслились как две самостоятельные категории, предполагавшаяся связь между ними носила чисто умозрительный характер, не выходя за барьер философии. Некоторое сближение знаковых и числовых систем наметилось лишь недавно с развитием аппарата математической логики.
Со становлением Математики Качеств возникают предпосылки не только для слияния воедино математического и диалектического инструментариев, но и для тесного соприкосновения, взаимопроникновения вербальных и точных дисциплин, предвещающего кардинальный переворот в сферах информатики, семиотики и математической логики, с перспективой их последующего полного вливания в Математику Качеств.

ОБ ОТРИЦАНИИ ОТРИЦАНИЯ ИЛИ СНЯТИИ ПРОТИВОРЕЧИЯ.

С того момента, когда знаменитая триада «Тезис –Антитезис – Синтез» вошла в обиход философии, пристальное внимание исследователей обратилось на проблему «снятия противоречия».
Как известно, посредством введения в схему «снятия противоречия» Георг Гегель решил преодолеть метафизическую абсолютизацию противоречия, которая была характерна, в частности, для философии И. Канта.
Акт Синтеза часто понимают исключительно как акт соединения, слияния двух качеств, выражаемых Тезисом и Антитезисом. Такое объяснение, не являясь полным и исчерпывающим, конечно, содержит в себе существенную долю правды.


Однако, настоящий, подлинный, глубокий смысл рассматриваемого акта трудно понять, не ответив прежде всего на вопрос: что такое «снятие противоречия»? Что несет аннигиляция противопоставления Тезиса Антитезису?
Снятие противоречия – есть ничто иное, как освобождение о какого-то условия, эмансипация. В диалектическом смысле снятие противоречия – это освобождение от дуализма, а именно - от той дуалистической составляющей, которая присуща двум предшествующим позициям и которая служит источником определенной качественной ограниченности, несвободы.
Более того, следует обратить специальное внимание на то, что именно фактор дуализма и является главным источником необходимости, ограниченности, предельности в мироздании. Отрешаясь от дуализма в каком либо отношении, мы отрешаемся от той или иной необходимости, которая довлела до этого. Необходимость – суть привязка к какому-то обязательной условию, антиподом которой является освобождение, то есть «отвязка» от условия.
Таким образом, «Синтез» -это не только соединение, не только «отрицание отрицания», но также и эмансипация.


Следовательно, на стадии «Синтеза» развитие вырывается из тех рамок, внутри которых оно двигалось ранее и которыми было сковано. Оно совершает выход, «прорыв» из границ первоначальной заданной формы в некое возникающее «свободное пространство». Но для чего, спрашивается, возникает «свободное пространство»? Ответ: для того, чтобы на следующем такте быть обведенным рамкой новой, более высокой формы, артикулирующей, в свою очередь, и новую ограниченность в другом масштабе, соответствующем контурам освобожденного пространства.

alt

ЧЕТЫРЕХТАКТНЫЙ ЦИКЛ.

Уже во времена Гегеля было ясно, что эмансипирующий смысл стадии «Синтеза» проливает свет на многие вопросы, связанные с «формулой развития» систем мироздания. Однако, пресекаясь, обрываясь на ступени «Синтеза», трехтактная схема оставалась недостаточной, в том смысле, что не показывала дальнейших исходов из «свободы», приобретаемой на данной ступени.


Данный методологический недостаток оказалось возможным устранить при помощи четырехтактной модели, вводящей в схему дополнительный, четвертый элемент и наделяющей ее свойством замкнутости.
Освобождение (эмансипация) уничтожает барьер. Но падение барьера и «выход на свободу», выступая инструментом расширения формы, существуют для того, чтобы расширившись, форма достигла, в свою очередь, очередного барьера, оформившись в рубежах уже новых границ.
Эту четырехтактную схему можно описать как взаимоотношение формы и содержания, следующим образом.


1. ТЕЗИС выражает рамку изначальной формы, распространяющейся на диаду «Тезис- Антитезис».
2. АНТИТЕЗИС –это новое содержание, дополнительное качество, зародившееся внутри данной диады.
3. На стадии СИНТЕЗА усилившееся содержание «разрывает» границы (рамку) формы, образуя возникающее «поле свободы».
4. На ЧЕТВЕРТОЙ СТАДИИ образовавшееся «поле свободы» заполняется и оконтуривается рождающейся новой, более масштабной формой, размер которой, в свою очередь, совпадает с размером появившегося перед тем «поля свободы».

Первый такт знаменует собственно утверждение исходного диалектического принципа (Тезис), точки отталкивания диалектической прогрессии.
Будучи заключен в строго-определенные границы, он может быть назван формой.

Второй такт –усиление этого принципа дополнительным началом (Антитезис). Заметим притом, что Антитезис условно противопоставляется Тезису в рамках самого же Тезиса указывая отнюдь не на абсолютное отрицание формы, а как раз на ее развитие, дополнение новым содержанием, которого не было ранее.
Это направление можно считать внутренним, поскольку оно связано с развитием, усилением внутреннего потенциала исходного принципа.
Но куда же идет, на что направлено это «усиление»? Ответ на этот вопрос дает свойство третьей стадии.

Третий такт – освобождение принципа от «кокона» формы, разрыв с формой. Антиподом внутреннему развитию на предыдущей стадии (Антитезис) выставляется теперь развитие вовне, так сказать, не вглубь, а вширь, не внутрь, а из. Усиление усиления есть расширение, эмансипация, отрешение от границ формы, которая отпадает, будучи преодоленной усилившимся содержанием, выходящей из тех границ, в которые она прежде была заключена.
Проявление содержания более не сковывается формой, не заключается ее рамочными пределами. Однако, принцип еще остается в силе. Замена его новым, высшим принципом осуществляется на следующем, четвертом такте.

Четвертый такт символизирует заполнение образовавшегося «поля свободы» новой формой, внешняя рамка которой проходит там, где оканчивается означенное «поле свободы».
Таким образом, четвертый такт – суть переход от свободы к обладанию.
От потенциала – к действительному контролированию.

В следующем четырехтактном цикле, открываемым выше описанным актом обладания, мы видим повторение того же алгоритма, но только на уровне более масштабной формы.

alt

Описав схему в теории, приведем конкретный пример, который наглядно иллюстрирует ее справедливость.

1. Когда американец С.Морзе 170 лет тому назад изобрел электрический телеграф, у человечества появилась возможность передавать при помощи электрического тока на дальние расстояния мгновенные сообщения ПО ПРОВОДАМ (Тезис).
2. Спустя тридцать с небольшим лет другой американский изобретатель Белл изобрел устройство, при помощи которого по проводам стало возможным предавать уже не знаки, а звуковые волны – телефон (Антитезис).
3. На исходе 19 столетия, в 1895 году было создано устройство, которое УСТРАНИЛО ПОТРЕБНОСЬ В ПРОВОДАХ (Синтез). Речь идет о беспроволочном телеграфе или радиотелеграфе, благодаря которому человек научился передавать сообщение на расстояния, т.к. электромагнитные волны свободно распространялись в объеме пространства. Носителем нового типа передачи являлись уже не провода, а сами электромагнитные волны- вот оно и эмансипирующее обстоятельство. Однако, линейный принцип передачи сохранялся еще некоторое время.
4. Но поскольку появилась возможность передавать сообщения одновременно во многих направлениях, к 1920 году, человечество перешло к вещанию. Так оформилась принципиально новая форма передачи, основанная на массовой трансляции сообщения в режиме реального времени ко многим реципиентам. Линейный принцип был замещен двухмерным (вещательным).

Теперь рассмотрим ту же четырехтактную схему на ином примере – на примере качественной эволюции глобальных финансово-экономических отношений.

1. В Первобытном периоде люди научились изготавливать вещи и обмениваться ими (ТОВАРЫ) (Тезис).
2. Затем, уже в Античную эпоху, был избран универсальный вещественный эквивалент ценности вещей и услуг – МЕТАЛЛИЧЕСКИЕ ДЕНЬГИ (Антитезис). Долгое время, пока деньги оставались металлическими (золотыми, серебряными, медными) эквивалент отождествлялся с металлом, который сам по себе являл ценный и полезный товар.
3. Но на заре Нового времени в Европе были изобретены бумажные деньги, обладавшие лишь номинальной ценностью. Таким образом, свершилась окончательная эмансипация, освобождение денег от товарного начала (Синтез). При этом бумажные деньги (ассигнации) с изменяющимся курсом сами сделались товаром, активно продаваемым и покупаемым на финансовой бирже.
4. Но поскольку каждая страна выпускала свою бумажную валюту, курс которой претерпевал резкие периодические колебания, зависящие от непрочного кредита доверия к правительству, в целях нормализации международных расчетов пришлось прибегнуть к введению дополнительного стабилизирующего элемента- общепризнанного универсального супер-товара, к которому необходимо было «привязать» существующие бумажные валюты. Так в 1867 году, на Парижской конференции, формируется первая Международная Валютная Система, основанная на золотом стандарте.
---------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Рассмотренная выше четырехтактная система, действие которой я показал на двух выше приведенных несложных примерах, имеет много веских оснований считаться удобнейшей и наипрактичной системой счисления в Математике Качеств. В ее пользу свидетельствует и ее буквальное соответствие алгоритму триады – базового математического принципа мироздания, и замкнутый характер, и опора на цикличность высшего порядка (свойство диалектики), и ее имманентность математической логике, и открытость принципу неограниченной прогрессии.

Вы не можете оставлять комментарии